Изуми умеет управлять им. Он способен заставить себя идти с вывихнутой ногой, не замечать голода, сохранять ровное дыхание, когда внутри всё разрывает от боли или ярости. Он может замедлить пульс, успокоить дрожь в пальцах, отрешиться от холода настолько, что тот перестаёт существовать. Всё это тоже контроль — привычный, жёсткий, больше похожий на цепь, которой он опутывает себя изнутри и затягивает всякий раз, когда становится опасно.