| [indent]В Дуаньу-цзе 2012 года обыкновенная семья из Хэнани – инспектор полиции, учительница музыки и их сын – возвращалась из загородной поездки и попала в аварию из-за бреши в Барьере. Оказавшийся в окрестностях Синиструма автомобиль вылетел с моста и рухнул в реку, вместе с илом и песком подняв со дна лазурную драконью чешуйку. Тускло мерцающая ци завихрилась в воде и растворилась в теле застрявшего на заднем сиденье мальчика. Двое взрослых погибли, ребенка без сознания обнаружили на берегу прибывшие на место происшествия спецслужбы. В его теле выявили нестабильную магическую энергию, благо, не связанную с хаосом, однако возвращение обратно за Барьер все равно оказалось невозможным из соображений сохранения тайны о существовании сверхъестественного.
[indent]При более тщательном обследовании поглощенную ци определили как частицу духовной сущности Лазурного Дракона. Даоши Цзи Тяньшу выступал приглашенным экспертом, он же в последствии стал главным опекуном и наставником ребенка, заинтересовавшись необычным случаем. До совершеннолетия Чженьлун воспитывался в школе-интернате «Цинъюнь» при одноименном даосском храме и монастыре в китайском районе Синиструма.
[indent]Адаптация не была легкой. Еще буквально вчера небо казалось безоблачным: родители спорили о будущем сына, пока он безучастно смотрел в окно автомобиля, заткнув уши наушниками, а сегодня, оказавшись в месте, которого просто не может быть, он вынужден сам тянуть себя из болота. Все происходящее походило на дурной сон. Пожалуй, взять себя в руки помогло банальное отсутствие выбора. Поглощенная драконья ци дала Чженьлуну шанс выжить, но в перспективе попросту разрушила бы его меридианы, и итог все равно оказался бы плачевным. Неподготовленному человеку не под силу было сдержать даже столь малую частицу мощи настоящего Лазурного Дракона. Даоши храма временно запечатали эту духовную сущность, и у Чженьлуна оставалось не более трех лет, чтобы укрепить меридианы и закалить тело перед тем, как начать ассимилировать драконью ци, превращая ее в основу для золотого ядра. Жесткий распорядок дня, дисциплина, постоянная нагрузка разума и тела отодвинули страхи и сожаления на второй план. Он обязан был побороться не только ради себя, но и ради родителей – кому как не единственному сыну заботиться о благополучии их душ в Желтых Источниках?
[indent]Так и получилось, что Чженьлун всецело сосредоточился на себе и своих тренировках, делая двойную работу только лишь затем, чтобы разрыв в уровне со сверстниками не превратился в пропасть. У него не было времени отвлекаться по пустякам. Пока сверстники делали первые уверенные шаги в управлении своей духовной силой, ему приходилось заниматься простой физподготовкой, медитацией, постижением основ цигун и усинцюань. Кое-кто из наставников считал, что в его случае начинать работу с меридианами уже почти поздно. Даже Цзи Тяньшу в то время ставил в приоритет лишь самый минимум – спасение жизни подопечного, и не питал особых надежд по поводу его успехов в дальнейшем совершенствовании. Плюс, слухи о том, что Чженьлун – обычный человек из-за Барьера, быстро разлетевшиеся среди учеников, сделали его кем-то вроде обезьянки в зоопарке. Терпеть пренебрежительное отношение парень отказывался, так что систематические драки и отсутствие контакта с другими учениками стали его рутиной на долгие месяцы, пока интерес к персоне странного новичка не угас. Своим Чженьлун так и не стал, но его это мало волновало. Главное, что к третьему году ситуация немного выправилась, и он, наконец, мог начать работу с ци, нить за нитью высвобождая драконью сущность и выстраивая из нее будущее золотое ядро. Начало было положено, и это обнадеживало. Увы, как бы ни грызло нетерпение, процесс обещал затянуться на долгие годы. Мастер талисманов и предсказаний Цзи Тяньшу о перспективном ученике: [indent]«Да… скверная история. Я живу давно, повидал много странных и невероятных вещей, но такое на моей памяти впервые.
[indent]Понимаете, это дитя… Его гороскоп весьма интересен. Сейчас я думаю, все произошедшее в тот день - вовсе не случайность. Было ли дело в некой врожденной предрасположенности, или проход через брешь сыграл роль, или ему просто Небесами суждено было пережить эту потерю, чтобы найти свое предназначение, я не знаю. Каюсь, когда все вокруг мне твердили, что толку из парня не выйдет, я почти поверил. Однако упорство, с которым малыш Вэй пытался перебороть свою злую судьбу, заставило меня устыдиться в сомнениях.
[indent]Он еще молод. Своенравен, импульсивен, прямолинеен и упрям, стремится казаться самодостаточным и ужасно не любит проигрывать. Никогда не жалуется, не просит помощи и очень злится, если что-то не получается с первого раза. Дух дракона ян в нем силен, и гнев слишком легко находит путь наружу. С этим ему еще предстоит справиться. Предстоит понять, что превосходство над другими – не главное, главное – суметь преодолеть самого себя, что полный контроль над событиями невозможен, и нужно научиться действовать мягко: не противодействовать, а выбирать, как реагировать, следуя естественному течению.
[indent]Пусть из Четырех искусств идеального мужа малыш Вэй преуспел только в вэйци, а его каллиграфия вообще способна довести до икоты самого злобного духа, сегодня, глядя на то, каким он вырос, у меня нет никаких сожалений.
[indent]Карп, перепрыгнувший ворота Лунмэнь, воистину становится драконом».
[indent]Кризис миновал, и Цзи Тяньшу настоял на том, чтобы подопечный уделял больше внимания социализации, ведь совершеннолетие не за горами, в конце концов ему придется выйти за стены школы и выбрать свой путь. Так, в числе фактически единственных друзей Чженьлуна оказались две совершенно несовместимых, на первый взгляд, личности: исключительно талантливый отпрыск старого, аскетичного, ревностно живущего традициями клана заклинателей, абсолютно не заинтересованный в совершенствовании, но вынужденный следовать воле отца; и младший сын многодетной семьи, чьи предки когда-то волей случая оказались в Синиструме, единственный, у кого в череде многих поколений обнаружились хоть какие-то способности, а потому спешно собранный на учебу силами многочисленной родни.
[indent]Кроме того, часть свободного времени Чженьлун посвятил подработке в лавке одного из монахов. Си Цзи был мастером марионеток и артефактов, и в лавке его можно было найти самые причудливые материалы, инструменты и книги. Отличное место, чтобы расширить кругозор. Однажды, занимаясь уборкой на полках, Чженьлун наткнулся на старый свиток из бамбуковых дощечек, описывающий технику совершенствования, совсем не похожую на те, о которых он слышал в школе. Тайком он сумел прочитать всего пару строчек, но в душе сразу поселилось то самое чувство, когда понимаешь – вот оно, именно то, что нужно. Даосизм не зря называют учением без учителя. Наставник может объяснить лишь общие принципы, наметить канву, но путь каждый ищет самостоятельно, полагаясь на интуицию и личную практику. Чженьлун был уверен, что нашел свой. Увы, даже работай он в лавке десять лет круглыми сутками, ему не хватило бы средств выкупить свиток. Скопировать его он тоже не мог, поэтому оставалось лишь украдкой читать отрывки и пытаться практиковать по памяти… Большая глупость, как вскоре выяснилось.
[indent]Спустя буквально пару недель самоотверженных попыток Чженьлун попросту загремел в лазарет с признаками искажения ци, что едва не обратило вспять весь его прогресс за прошедшие годы. Цзи Тяньшу тогда обрушил на его голову гром и молнии, ругая последними словами, но парень так и не признался, сославшись на то, что просто перестарался с тренировками. Цин Лин – лекарь, с первых дней готовившая для него травы, помогающие укрепить тело и меридианы, а теперь занимавшаяся его лечением, оказалась куда прозорливее. Именно она научила его направлять внутреннюю ци для восстановления тела и сил, а также определять отклонения от нормы. Спокойные, лаконичные рассуждения ше-цзин подействовали гораздо эффективнее ругани наставника. Лекарь ше-цзин Цин Лин об особенном подопечном: [indent]«Этому мальчику пришлось повзрослеть очень рано. Не всякому под силу справиться с потрясениями, выпавшими на его долю. Я наблюдала его с первого дня в школе, смогла восстановить и в дальнейшем помочь укрепить его тело, но исцеление душ – не мой профиль. Иронично, что именно в моих наставлениях он, кажется, нашел отдушину. Сяо Лун признает авторитет мастерства, но поступает так, как считает лучшим для себя. Лао Цзи слишком его опекает, давит там, где достаточно просто дать почву для размышлений.
[indent]Мне нравится характер этого мальчишки. Он не слишком много говорит. Он человек действия. Всегда чем-то занят, не устает учиться новому и стремится довести до совершенства то, что любит делать. Иногда может казаться, что он пытается успеть все на свете, но на самом деле лишь выбирает то, что действительно заинтересует, без сожалений отсеивая не нашедшее отклик в сердце. Он определенно знает, чего хочет. Пусть безрассудство однажды позволило ему сделать шаг в будущее, но, вообще-то, откровенного сумасбродства я за ним не замечала. Да, Сяо Лун готов идти на риск, когда требуется, но этот риск по итогу выглядит довольно взвешенным.
[indent]Однажды ступив на путь постижения Истинного Дао, ты находишься в постоянном движении, и постепенно все прочее перестает иметь значение. Чтобы ветви дерева смогли коснуться небес, его корни должны опуститься до самого ада. Я надеюсь, что на выбранной тропе его сердце не очерствеет, а погоня за могуществом и жажда превосходства не смутит разум».
[indent]Вернувшись в лавку через месяц, преисполненный уверенностью на этот раз сделать все правильно, Чженьлун обнаружил, что заветный свиток продан. Возможно единственный шанс выбиться за пределы определения «посредственность» был упущен. Новость стала для него настоящим ударом и надолго выбила из колеи. Наверное, тогда он впервые поделился с друзьями своими переживаниями. Без подробностей, лишь в общих чертах, но именно их поддержка вернула ему уверенность. Не сдаваться и бороться до конца за то, во что веришь? Стали бы они советовать такое, зная, о чем на самом деле речь? Так или иначе, с их подачи Чженьлун решился на весьма сумасбродную затею – отыскать покупателя и вернуть свой свиток. Как? На тот момент он понятия не имел. Мастер марионеток и формаций Си Цзи о самой упрямой занозе в заднице: [indent]«А, этот демоненок надолго у меня задержался. Да и сейчас заглядывает сыграть в го партейку-другую.
[indent]Хха… Не хочется признавать, но парень все же смышленый и не совсем бесполезен. Быстро схватывает. Приучен к работе. Умеет быть вежливым и благодарным, что большая редкость среди нынешней молодежи, но садиться себе на шею не позволяет.
[indent]Да, продал я тот свиток. Я же не идиот, видел, как он читает его тайком. Поначалу думал, что ничего худого не будет, пусть себе читает. Слишком уж специфичная вещь, нахрапом не возьмешь, потому как особых обстоятельств требует. А как узнал, что поганец чуть души не лишился, решил не дразнить собак.
[indent]Старина Цзи тоже не дурак, все понял и долго мне высказывал и припоминал потом. Да только демоненок упорный попался. Слышал, свиток тот он все равно добыл. Что ж, видно, Небом оно ему назначено было. К лучшему или нет, поглядим. Может быть, дракон и впрямь нашел воду».
[indent]Спустя месяц Чженьлун знал о покупателе почти все: кто такой, где живет, где бывает чаще всего. Увы, целый ворох разнообразных сведений вообще никак не приблизил решение проблемы. Что нужно было сделать? Торговаться за свиток с отпрыском одного из самых состоятельных кланов заклинателей? Предложить он мог разве что самого себя. Прокрасться в огромное семейное поместье, надеясь случайно наткнуться на искомое, и попросту украсть? Нереально и аморально. Шантаж? Упомянутый отпрыск регулярно бывал в павильоне «Хунлан» и любил с размахом проводить время в обществе девиц. Да, не самое целомудренное занятие, но по факту ничего криминального… И все же, этот вариант вертелся в мыслях чаще всего. Чженьлун приходил к павильону много раз, но так ничего не сделал, просто наблюдал. В итоге, конечно, попался. Оказалось, его почти сразу приметила одна из гэцзи, и, наконец, решила полюбопытствовать, чем это он занимается. Получилось весьма неловко. Странно, но Чженьлун вдруг выложил девице все как на духу. Еще более странно, что Шень Юэ, так ее завали, вдруг предложила ему помощь. Само собой, в обмен на ответную услугу. Чего хотела, однако, так и не сказала, отправила его домой и сказала прийти через неделю. Сделки с хули-цзин – вещь настолько же глупая, насколько опасная, но тогда Чженьлуну было невдомек, он лишь хотел свой свиток. И получил его. Гэцзи павильона «Хунлан» хули-цзин Шень Юэ о любимом щеночке: [indent]«О, братец Лун был очень милым в день нашей первой встречи. Наивным, как щеночек, и поначалу немного потерянным. Очень захотелось помочь ему, мне ведь вовсе не трудно. Ох, не спрашивайте, как я достала тот дурацкий свиток. Должны же у девочки быть свои секретики…
[indent]Вы ведь понимаете, что я заметила его вовсе не потому, что берегла спокойствие какого-то толстосума, да? С такой сильной янской ци просто невозможно затеряться в толпе. Конечно, мне захотелось попробовать, совсем капельку. Даже не ожидала, что все так удачно сложится, и он согласится на сделку. Умение располагать к себе очень помогает в таких вещах.
[indent]Почему я до сих пор не потребовала вернуть долг? Почему, почему… Хм. Современные рыночные отношения – это так пошло. И скучно. Звучит неубедительно, но мне вдруг стало жаль, что все так быстро закончится. Хотелось растянуть удовольствие, и вот мы здесь. Щеночек вырос, но наблюдать за ним до сих пор не надоедает.
[indent]Знаете, братец Лун может казаться немного отстраненным и недоступным, вещью в себе, но это до тех пор, пока не почувствует себя в безопасности. В комфортном окружении он не боится проявлять эмоции, выглядеть смешным или неуклюжим. Когда он счастлив, его улыбка способна растопить гранит. Он не очень охотно сближается с людьми, так что понадобилось много времени, чтобы открыть эту его сторону,
[indent]Еще что-нибудь интересное? Ммм… Активный и неусидчивый. Да. Первое, что в голову приходит. Все же, связь с природой у него в крови. Жизни не представляет без своего мотоцикла. Когда зол или расстроен, уходит спать. Боится темноты, насекомых и неуютно чувствует себя в тесных пространствах. Любимые цвета – синий, черный и зеленый, ему очень подходят. Душу продаст за кинзу, уж не знаю, чем она ему так приглянулась, и хрустящую свининку в кляре. (Просто к сведению: не пускайте Лун Луна на кухню, если она вам еще нужна.) Предпочитает острую еду. Просто огненную. А еще любит арбузы и клубничный молочный чай. Постоянно таскает с собой карамельки…
[indent]Когда-нибудь я все-таки попрошу его об ответном одолжении, а пока… предвкушение новых открытий так затягивает».
[indent]Чутье не подвело. Стоило Чженьлуну изучить свиток как следует и понять основной принцип техники, и процесс сдвинулся с мертвой точки. «Пять воплощений У-Син» оказалась именно тем, чего ему недоставало, чтобы драконья духовная сущность, наконец, стала с ним единым целым. Не взрывоопасным топливом для бесполезных практик, а самой сутью его Дао. Конечно, наставник заметил изменения, но допытываться не стал. Чженьлун и сам предпочитал не афишировать свой прогресс, показывая лишь необходимый уровень на занятиях. Оставшиеся до выпуска годы пролетели быстро.
[indent]С наступлением совершеннолетия Чженьлун был, наконец, предоставлен сам себе, а значит, в теории, он мог вернуться обратно за Барьер. Он действительно думал об этом. В том мире у него оставалась родня, были знакомые места и еще не до конца стершиеся воспоминания. В мыслях перспектива возвращения выглядела привлекательно, но лишь до тех пор, пока он не решился сделать пробную вылазку. Оказалось, что жизнь не замерла на месте, мир прекрасно существовал и без него, а прошлое осталось в прошлом. Все же, мертвым не место среди живых. Поездка по родным местам оставила в душе горечь, но, благодаря этому, сожаления больше не терзали его.
[indent]Чженьлун уйму сил положил на то, чтобы поступить в университет с отличными баллами и заполучить стипендию. Он давно придумал план. Бакалавриат и магистратура по специальности «Охрана общественного порядка и общественной безопасности» давали ему возможность попасть в силовые структуры. А самое главное – перспективные выпускники приглашались на службу в ГОГ. Учитывая специфику, служба в оперативном подразделении могла стать одной из немногих реальных возможностей продолжить совершенствование техники. Надеяться на авось и топтаться на месте годами Чженьлун просто не мог себе позволить, а потому работал на достижение цели с двойным усердием. По-другому он не умел.
[indent]Университетские годы положительно отличались от школьных будней. Были свои трудности, однако приобретенные упорным трудом навыки уже позволяли не затеряться в толпе, а его происхождение никого не интересовало. Чженьлун оброс новыми знакомыми и массой увлечений. Гонки по пустыне на севере Китая или на треке в Чжухае, серфинг и рафтинг в Хайнани, скалолазание в Гуанси, сноубординг в Хэйлунцзяне – именно в студенческие годы он взял за правило выбираться куда-нибудь за Барьер хотя бы раз в месяц. Его комната, а ныне и квартира, просто завалена инвентарем, сложно сказать, чего он не пробовал. Конечно, на одну стипендию не разгуляешься, но ради яркой цели подработки не казались в тягость, а в повседневной жизни парень всегда был неприхотлив. Вкус свободы, скорости и новых впечатлений оказался гораздо ценнее.
[indent]И снова отличные баллы при выпуске, положительная характеристика и рекомендация в ГОГ, успешно пройденные испытания. Казалось, судьба улыбается его упорству, а жизнь на пределе наконец-то дает плоды. Еще шаг – и заветная работа в кармане.
[indent]И вот мы здесь. | |
